Плохой банк: определение, модели и примеры

Плохой банк — это специальная финансовая структура, которая создаётся для изоляции невозвращаемых кредитов и высокорисковых активов от основной деятельности банка. Такой подход позволяет финансовым учреждениям восстановить доверие инвесторов и сосредоточиться на основном кредитовании. Плохие банки активно использовались во время глобальных финансовых кризисов для стабилизации банковской системы.

Плохой банк — это корпоративная структура, которая изолирует неликвидные и высокорисковые активы (как правило, невозвращаемые кредиты), принадлежащие банку или финансовой организации, либо группе банков или финансовых организаций.

Банк может накопить большой портфель долгов или других финансовых инструментов, которые неожиданно становятся подвержены риску частичного или полного дефолта. Большой объем невозвращаемых активов обычно затрудняет для банка привлечение капитала, например через продажу облигаций. В таких обстоятельствах банк может захотеть отделить свои хорошие активы от плохих активов путем создания плохого банка. Цель такого разделения — позволить инвесторам оценить финансовое здоровье банка с большей уверенностью.

Плохой банк может быть создан одним банком или финансовой организацией как часть стратегии преодоления сложной финансовой ситуации, либо государством или другим официальным учреждением как часть официального ответа на финансовые проблемы в нескольких учреждениях финансового сектора.

Помимо отделения или удаления плохих активов с балансов материнских банков, структура плохого банка позволяет специализированному управлению справиться с проблемой невозвращаемых долгов. Такой подход позволяет хорошим банкам сосредоточиться на своей основной деятельности — кредитовании, в то время как плохой банк может специализироваться на максимизации стоимости высокорисковых активов.

Такие учреждения плохих банков создавались для решения проблем, возникающих во время кредитного кризиса, чтобы позволить частным банкам избавиться от проблемных активов.

Финансовый кризис 2008 года привел к созданию плохих банков в нескольких странах. Например, плохой банк был предложен как часть Закона об экстренной экономической стабилизации 2008 года для решения проблемы субстандартной ипотеки в США. В Республике Ирландия плохой банк — Национальное агентство по управлению активами (National Asset Management Agency) — был создан в 2009 году в ответ на финансовый кризис в стране.

Модели

В отчете 2009 года компания McKinsey & Company выделила четыре основные модели плохих банков.

• **Гарантия на балансе**: банк использует какой-либо механизм (обычно государственную гарантию) для защиты части своего портфеля от убытков. Хотя это просто реализовать, такую ситуацию сложно оценить инвесторам.
• **Внутренняя реструктуризация**: банк создает отдельное подразделение для хранения плохих активов. Это решение более прозрачно, но не изолирует банк от риска.
• **Специальное назначенное учреждение (SPE)**: банк передает свои плохие активы другой организации, обычно поддерживаемой государством. Это решение требует значительного участия государства.
• **Выделение плохого банка**: банк создает новый независимый банк для хранения плохих активов. Это полностью изолирует исходный банк от рисковых активов.

Примеры

Mellon Bank (1988)

Первым банком, применившим стратегию плохого банка, был Mellon Bank, который создал сущность плохого банка в 1988 году для хранения 1,4 миллиарда долларов невозвращаемых кредитов. Первоначально Федеральный резерв неохотно выдавал лицензию новому банку Grant Street National Bank (в ликвидации), но генеральный директор Mellon Фрэнк Кахоэ настаивал, и регуляторы в конце концов согласились.

Grant Street служил местом для размещения невозвращаемых кредитов в энергетическом и недвижимостном секторах. Он был выделен с собственным советом директоров из пяти человек и примерно 130 миллионами долларов капитала Mellon; он был назван в честь главной улицы Питтсбурга, где располагалась штаб-квартира Mellon Financial. Он не принимал депозиты от населения. Акционеры Mellon получили акции как хорошего, так и плохого банков в соотношении один к одному в виде дивидендов. После того как Grant Street National Bank выполнил свою задачу, выпустив привилегированные акции и контракты на покупку акций для финансирования покупки 1 миллиарда долларов невозвращаемых кредитов Mellon по 57% от номинальной стоимости, а затем собрав то, что можно было собрать по отдельным кредитам, он был ликвидирован, и его сотрудники тихо вернулись в Mellon Bank. Ценные бумаги, обеспеченные активами банка, были структурированы и проданы компанией Drexel Burnham Lambert. Ценные бумаги были разделены на два транша: старший, получивший инвестиционный рейтинг, и младший, представляющий высокодоходные ценные бумаги. Внутри Drexel их прозвали CLOWNS, что означало «Collateralized Loan Obligations Worth Nothing Securities» (Обеспеченные кредитные обязательства, стоящие ничего, ценные бумаги). Все облигации были погашены в полном объеме.

Ранние инвесторы Grant Street получили хорошую прибыль; банк был ликвидирован в 1995 году после погашения всех облигаций и достижения своих целей.

Шведский банковский кризис 1992 года

Шведский банковский кризис 1992 года был прямым результатом сочетания чрезмерной спекуляции на рынке недвижимости и колебаний курса шведской кроны. К 1992 году три из четырех крупнейших банков были неплатежеспособны.

Шведские власти привлекли компанию McKinsey & Company для разработки решения и решили создать два плохих банка — Retriva и Securum. Retriva взял на себя все невозвращаемые кредиты Gota Bank, а Securum взял на себя невозвращаемые кредиты Nordbanken, при этом хорошие банковские операции продолжились как Nordea. Правительство сохранило значительную долю акций в Nordea. Ларс Тунелл был назначен руководить Securum при поддержке Андерса Нюрена и Яна Квернстрёма для управления его токсичным портфелем, который в то время оценивался в 51 миллиард шведских крон.

Деятельность Securum анализировалась многими, включая Класа Бергстрёма. Хотя цифры оспариваются в зависимости от первоначальных затрат и временного периода, стоимость не превышала 2% ВВП (исключительно хороший результат), и в конечном итоге оба плохих банка принесли положительный доход. Nordea считается одним из самых сильных и лучше всего работающих банков в Европе.

Международные комментаторы, такие как Брэд ДеЛонг и Пол Кругман, предложили принять шведскую модель плохого банка на международном уровне.

Франция

• Crédit Lyonnais (1994)
• Dexia

Финляндия

Финский банковский кризис 1990-х годов привел к краху двух крупных банков — SKOP и STS Bank. Правительство основало плохие банки («компании по управлению имуществом») OHY Arsenal и Sponda, которые взяли на себя невозвращаемые долги. В 2015 году Arsenal начал процесс ликвидации, намеренно подав заявление о банкротстве. Во время банкротства было собрано 200 миллионов оставшегося капитала. Однако Arsenal по-прежнему участвует в судебных разбирательствах и может не быть упразднен до их завершения. Sponda была приватизирована и зарегистрирована на Хельсинкской фондовой бирже в 1998 году, а в 2012 году все государственные акции были проданы их владельцем, государственной компанией по управлению активами Solidium. По состоянию на 2016 год Sponda продолжает работать и остается на фондовом рынке.

Индонезия (1998)

Во время азиатского финансового кризиса, который начался в Индонезии и нескольких других странах Азии в 1997–1998 годах, индонезийское правительство создало Индонезийское агентство по реструктуризации банков (IBRA) в качестве официального органа для надзора за распоряжением активами большого количества проблемных банков.

Бельгия

Бельгийский финансовый кризис 2008–2009 годов — это серьезный финансовый кризис, поразивший Бельгию с середины 2008 года. Два крупнейших банка страны — Fortis и Dexia — начали сталкиваться с серьезными проблемами, усугубленными финансовыми проблемами, поражающими другие банки по всему миру. Стоимость их акций упала. Правительство справилось с ситуацией путем спасения, продажи или национализации банков, предоставления банковских гарантий и расширения страхования депозитов. В конечном итоге Fortis был разделен на две части. Нидерландская часть была национализирована, а бельгийская часть была продана французскому банку BNP Paribas. Группа Dexia была разобрана, Dexia Bank Belgium была национализирована.

Коллапс субстандартной ипотеки в США в 2008 году

В начале 2009 года Citigroup перевел более 700 миллиардов долларов обесцененных активов в плохой банк Citi Holdings. К 2012 году плохой банк Citi Holdings представлял 9% от общего баланса Citigroup.

В марте 2011 года Bank of America отделил почти половину своих 13,9 миллионов ипотек в плохой банк, состоящий из рисковых и наихудше работающих «унаследованных» кредитов.

Позиция Индии

Парламент должен принять законодательство об учреждении плохого банка — под любым названием — NAMA, PARA или NAMC. Правительство должно сохранить миноритарную долю в плохом банке и пригласить частных инвесторов для владения большинством. Однако правительство должно иметь право вето на любое решение плохого банка. Специалисты из различных областей должны быть включены в управление, а политическое вмешательство должно быть сведено к минимуму. Положения закона в отношении приобретения/продажи банковских активов должны иметь приоритет над любыми другими юридическими/договорными ограничениями, включая требования согласия. Оценка невозвращаемых активов должна проводиться профессиональными агентствами, и цена передачи не должна превышать долгосрочную экономическую стоимость плохого актива. Более того, плохой банк не должен приобретать невозвращаемый актив, если его долгосрочная экономическая стоимость ниже его рыночной стоимости. Положения о защите, такие как (i) отсутствие государственных гарантий на его субординированный долг, (ii) «положение об отзыве» в форме надбавки на банки и (iii) цена покупки с средним дисконтом 30% на крупные счета.

Балтийский кризис 2008–2011 годов

Эстония, Латвия и Литва присоединились к Европейскому союзу в 2004 году, привлекая приток иностранных инвестиций и запустив пузырь на рынке недвижимости, который лопнул во время финансового кризиса 2008 года, оставив страны обремененными иностранными долгами. Рижский Parex Bank, крупнейший банк, принадлежащий латвийцам, был уязвим, так как он держал большие суммы от иностранных вкладчиков (которые начали выводить активы примерно в момент краха Lehman Brothers в сентябре 2008 года) и был сильно подвержен кредитам на недвижимость. Правительство Латвии взяло контрольный пакет акций Parex в ноябре 2008 года, выделив Citadele banka как хороший банк в августе 2010 года. Плохие активы остались позади, фактически создав плохой банк с исходным названием Parex Banka и без розничных вкладчиков. Плохой банк «Parex», его основные розничные функции удалены в результате раздела 2010 года, отказался от банковской лицензии в 2012 году, став профессиональной компанией по управлению проблемными активами Reverta.

Хотя кризис был сосредоточен на рынках Эстонии, Латвии и Литвы, он затронул шведские банки, поэтому Швеция также была подвержена риску. Балтийский кризис был отчасти инициирован глобальным кредитным кризисом, но он выявил сомнительные кредитные практики всех крупных шведских банков. Swedbank был особенно подвержен риску, учитывая его 50% долю на рынке и более 150 миллионов шведских крон обесцененных кредитов. При поддержке шведских властей новый генеральный директор Swedbank Майкл Вольф привлек специалиста по плохим банкам Квернстрёма, European Resolution Capital и Джастина Дженка, которые возглавили формирование и управление операциями плохого банка Swedbank (Financial Resolution & Recovery и Ektornet). Эта работа была частью более широких революционных изменений в Swedbank. Создание этого плохого банка было подробно освещено и опубликовано в книге Биргитты Форсберг. Шаги руководства и этой команды были инструментальны в спасении Swedbank и стабилизации экономики региона. Сегодня Swedbank считается одним из более сильных и лучше работающих банков Европы.

Соединенное Королевство

В 2010 году правительство Великобритании создало UK Asset Resolution, государственную компанию с ограниченной ответственностью для управления активами двух национализированных кредиторов ипотеки Bradford & Bingley и Northern Rock (Asset Management). Этот плохой банк управляет общим портфелем ипотек в размере 62,3 миллиарда фунтов стерлингов (по состоянию на 30 сентября 2013 года).

В 2013 году Royal Bank of Scotland передал 38,3 миллиарда фунтов стерлингов своих наихудших кредитов во внутренний плохой банк. В 2014 году Barclays Bank выгрузил основную часть своей операции с товарами и бизнес с фиксированным доходом во внутренний «плохой банк» как часть реструктуризации, в которой он значительно сократил свою деятельность в области инвестиционного банкинга.

Германия

Германия имеет несколько плохих банков, восходящих к 1980-м годам: Bankaktiengesellschaft (BAG), принадлежащий Федеральной ассоциации немецких кооперативных банков «Volksbanken und Raiffeisenbanken», Bankgesellschaft Berlin, Erste Abwickelungsanstalt и FMS Wertemanagement. Erste Abwickelungsanstalt и FMS Wertmanagement вместе держат 190 миллиардов евро и 170 миллиардов евро соответственно от неудачных WestLB и Hypo Real Estate.

Австрия (2009)

Hypo Alpe Adria: национализирован в 2009 году австрийским правительством для предотвращения краха банка, разобран в 2014 году.

Испания (2012)

В 2012 году испанское правительство предоставило полномочия Фонду упорядоченной реструктуризации банковского сектора (FROB) для принуждения банков передавать токсичные активы финансовому учреждению, роль которого заключается в удалении рисковых активов с балансов банков и продаже активов с прибылью в течение 15-летнего периода. SAREB (Компания по управлению активами реструктурированных банков) имеет активы в размере около 62 миллиардов евро на своем балансе.

Португалия (2014)

3 августа 2014 года Banco de Portugal, центральный банк Португалии, вмешался в Banco Espírito Santo (BES), применив меру разрешения, которая разделила банк на две части. Банк был разделен на здоровый банк («хороший банк») Novo Banco, в то время как токсичные активы остались в существующем банке («плохой банк»), который вступил в ликвидацию 13 июля 2016 года.

Некоторые основные выводы из опыта Швеции

• Отделив невозвращаемые кредиты от банков, было возможно начать процесс переориентации банков на кредитование. Попытка разработать все невозвращаемые кредиты внутри банка только продлила процесс восстановления в организации и снизила способность банка выдавать больше кредитов населению и предприятиям.
• Восстановление баланса банков — это только один важный элемент для возврата банков к нормальной кредитной деятельности. Другой основной элемент — организационные процессы.
• Организационные требования сильно отличаются в плохом банке от обычного банка. Хороший банк — это «процессная» организация, а плохой банк — это «проектная» организация. Набор навыков и акцент на тип навыков отличаются в ситуации реструктуризации и ликвидации от ситуации кредитования.
• Первый год деятельности плохого банка определяет его успех. Проблема заключается в большом количестве невозвращаемых кредитов в самых разнообразных ситуациях в отношении географического расположения, типа промышленности, размера и типа проблемы. Если плохой банк не быстро возьмет под контроль кредиты, будет потеряна большая стоимость, и требования к капиталу плохого банка могут измениться кардинально. Чтобы добиться успеха, должен быть установлен четко определенный процесс обработки различных кредитов. Этот процесс должен соблюдаться и управляться с силой и скоростью в организации. Если нет, плохой банк легко может оказаться в хаосе.
• Когда плохой банк прошел через процесс разработки кредитов, остаток плохого банка часто представляет собой владение активами. Поэтому плохой банк в течение своего жизненного цикла кардинально меняется от того, чтобы в начале быть в основном банком с большим количеством кредитов, к тому, чтобы позже в жизни быть крупной компанией, владеющей активами. Распространенная ошибка — думать об этой последней фазе плохого банка как о своего рода инвестиционной компании. Инвестиционная компания имеет четко определенные цели в отношении того, какие типы активов она хочет приобрести. Она выбирает активы, которые хочет приобрести. Плохой банк получает все активы, которые остаются после процесса разработки кредитов.
• Срок службы 10–15 лет слишком длинный для целей планирования. Мир существенно меняется за такой длительный период. Большинство банковских кризисов заканчиваются в течение 5–6 лет. Временной период 5–6 лет — это логичный период для использования в целях планирования и временная шкала для ликвидации плохого банка.

Все три структуры плохих банков считаются учебными примерами успеха. Они разрешили проблему токсичных кредитов и принесли положительный доход соответствующим заинтересованным сторонам. Этот корпус работ был использован правительствами и органами власти по всему миру в качестве передовой практики, и некоторые его уроки были применены (совсем недавно в Ирландии, Испании, Кипре и Словении).

Критика

Критики плохих банков утверждают, что перспектива того, что государство возьмет на себя невозвращаемые кредиты, побуждает банки идти на неоправданные риски, которые они иначе не стали бы принимать, то есть моральный риск в принятии риска. Другая критика заключается в том, что возможность передачи кредита в плохой банк становится по сути субсидией на корпоративное банкротство. Вместо развития компании, которая временно не может платить, держателю облигаций дается стимул немедленно подать в суд на банкротство, что делает его приемлемым для продажи плохому банку. Таким образом, это может стать субсидией для банков за счет малых предприятий.

Как работает плохой банк